Григорьянц объяснил, почему протест «Спартака» на результат матча за Суперкубок России с «Зенитом» был отклонён и не привёл к переигровке. Руководитель контрольно‑дисциплинарного комитета Российского футбольного союза (КДК РФС) Артур Григорьянц подробно разъяснил логику решения, подчеркнув, что с формальной точки зрения оснований для аннулирования итогов встречи не нашлось.
18 июля в Нижнем Новгороде «Спартак» и «Зенит» разыграли OLIMPBET Суперкубок России. Основное время завершилось со счётом 1:1, а судьба трофея решилась в серии послематчевых пенальти. Точнее оказались петербуржцы — 4:2, благодаря чему именно «Зенит» завоевал трофей. После матча «Спартак» подал официальный протест, настаивая на том, что встреча должна быть переиграна из‑за допущенных, по мнению клуба, нарушений со стороны бригады арбитров во главе с судьёй Евгением Булановым.
Ключевой претензией «красно‑белых» стало то, что перед началом серии пенальти, в нарушение привычной процедуры, не была проведена жеребьёвка. Обычно именно она определяет, у каких ворот будут биться 11‑метровые и какая команда начнёт пробивать первой. В «Спартаке» посчитали, что подобный отход от регламента мог повлиять на ход и исход послематчевой серии, а значит — и на результат всего матча за Суперкубок.
Тем не менее, КДК РФС в четверг официально отклонил протест московского клуба. В своём разъяснении Артур Григорьянц отметил, что действия судейской бригады были признаны соответствующими действующим нормам. По его словам, отсутствие жеребьёвки перед началом серии пенальти было связано не с произволом арбитра, а с особыми обстоятельствами, возникшими непосредственно на стадионе.
Глава КДК сообщил, что решение отказаться от стандартной процедуры было принято главным арбитром матча на основании информации, поступившей от координационного штаба, который отвечал за обеспечение порядка и безопасности на арене. По словам Григорьянца, именно соображения безопасности стали определяющим фактором: в условиях, которые сложились на стадионе, было сочтено необходимым упростить и ускорить переход к пробитию пенальти.
Григорьянц подчеркнул, что такой подход полностью укладывается в рамки действующих Правил игры. В регламенте предусмотрены ситуации, когда арбитр, руководствуясь в том числе вопросами безопасности участников матча и зрителей, может принимать оперативные решения, несколько изменяющие привычный порядок, но не затрагивающие сути футбольных правил. С точки зрения КДК, именно такой случай и имел место в Нижнем Новгороде.
Отдельное внимание в своём комментарии глава КДК уделил критериям, по которым вообще может быть принято решение об аннулировании результата ранее сыгранного матча. По его словам, дисциплинарные органы РФС могут вмешиваться и отменять итог встречи только в случае «грубого нарушения правил игры». Под этим термином понимаются серьёзные несоответствия, затрагивающие саму возможность проведения матча в рамках установленных норм.
К числу таких грубых нарушений относятся, к примеру, серьёзные инфраструктурные проблемы: неправильные размеры ворот или футбольного поля, нарушение требований к разметке, несоответствие покрытия, а также иные обстоятельства, делающие матч некорректным с точки зрения базовых стандартов. В отдельную категорию попадают регламентные нарушения: участие в игре дисквалифицированного футболиста или игрока, не оформленного надлежащим образом в заявке.
Именно эти виды нарушений рассматриваются как основания для аннулирования результата и возможной переигровки. В случае же с матчем за Суперкубок, по выводам КДК, ситуация с жеребьёвкой к этой категории не относится. Отказ от её проведения не повлиял на базовые параметры игры, не изменил состав участников и не затронул фундаментальные положения регламента — следовательно, не может быть признан тем самым «грубым нарушением», на которое ссылается дисциплинарный регламент.
«Таким образом, непроведение жеребьёвки по соображениям безопасности не является нарушением правил игры», — констатировал Григорьянц. На этом основании КДК РФС принял решение отказать футбольному клубу «Спартак» в удовлетворении поданного протеста и сохранить зафиксированный на поле результат матча за Суперкубок России без изменений. Итоговая победа «Зенита» в серии пенальти и завоевание трофея официально признаны законными и окончательными.
На фоне завершившегося суперкубкового спора внимание постепенно переключается на старт нового сезона Российской Премьер‑лиги. Чемпионат начнётся 24 июля. В первом туре «Спартак» проведёт домашний матч против московской «Родины», а действующий обладатель Суперкубка, «Зенит», отправится в гости к тольяттинскому «Акрону». Обе встречи запланированы на 25 июля и станут важным тестом для команд после яркого, но скандального начала сезона.
Ситуация вокруг протеста «Спартака» вызвала большой резонанс, потому что она затрагивает сразу несколько чувствительных вопросов: доверие к системе судейства, прозрачность решений футбольных властей и степень влияния формальных процедур на исход ключевых матчей. Многие болельщики традиционно считают, что любая неточность арбитров должна влечь жёсткие последствия, однако практика дисциплинарных органов устроена иначе и опирается на чёткие юридические категории.
Важно понимать, что в футбольных регламентах достаточно чётко разводятся «ошибки арбитра» и «грубые нарушения правил игры». Первые, как правило, трактуются как часть человеческого фактора: даже при наличии ВАР и других технологий судьи могут допускать спорные решения. Но такие эпизоды почти никогда не приводят к переигровке, иначе турнирный календарь просто бы разрушился. Переигровки и аннулирование результатов — чрезвычайная мера, применяемая в исключительных ситуациях.
Именно поэтому КДК, рассматривая любые протесты, всегда исходит из того, повлияло ли спорное действие на легитимность матча в целом. Если команда выходит на поле в неполном составе из‑за ошибки официальных лиц, если размеры ворот не соответствуют нормам или участвует футболист, которому запрещено играть, — это прямое основание ставить под сомнение сам факт корректного проведения матча. В таких случаях результат может быть отменён. Но процедурные отклонения, связанные с организацией послематчевой лотереи, оцениваются иначе.
При этом спорный эпизод с жеребьёвкой наверняка станет поводом для доработки внутренних инструкций и регламентов. Вполне возможно, что клубы будут настаивать на более детальной регламентации подобных ситуаций: при каких условиях допускается изменение стандартных процедур и какие именно действия обязан предпринять арбитр, чтобы обезопасить себя от последующих претензий. Чем чётче эти правила будут прописаны, тем меньше почвы останется для споров после финального свистка.
С точки зрения спортивной составляющей решение КДК означало, что и «Спартак», и «Зенит» вынуждены как можно быстрее переключиться с юридических дискуссий на футбольные задачи. Для москвичей это шанс использовать накопленное раздражение как дополнительную мотивацию в чемпионате, доказав свою силу уже на дистанции. Для петербуржцев — возможность закрепить успех в Суперкубке и продолжить сезон без тени сомнений в легитимности завоёванного трофея.
В долгосрочной перспективе подобные истории подталкивают российский футбол к большей юридической и организационной зрелости. Клубы всё активнее пользуются своими правами, оспаривая решения и требуя точного соблюдения регламентов. Футбольные инстанции, в свою очередь, вынуждены не только принимать решения, но и публично, подробно их объяснять. Это повышает степень открытости системы и даёт болельщикам возможность лучше понимать, почему та или иная спорная ситуация трактуется именно так, а не иначе.
Таким образом, кейс с протестом «Спартака» показал: для аннулирования результата одного громкого скандала недостаточно. Необходимы чёткие юридические основания, связанные с грубым нарушением фундаментальных норм игры или регламента. Пока же КДК РФС исходит из того, что в матче за Суперкубок России между «Спартаком» и «Зенитом» таких нарушений допущено не было, а значит, спор о жеребьёвке остаётся важной, но уже не влияющей на турнирную историю деталью.