Россию снова ждут на Паралимпийских играх‑2026: флаг, гимн и полноценный статус возвращены
Еще осенью казалось, что путь российской паралимпийской сборной на Игры‑2026 окончательно перекрыт. Международные федерации одна за другой занимали непримиримую позицию, а Международный паралимпийский комитет фактически разводил руками: на бумаге Паралимпийский комитет России больше не находился в полной изоляции, но реальных путей отбора на Игры не существовало. Формальное восстановление прав не превращалось в возможность оказаться на старте в Италии. Сейчас конфигурация кардинально изменилась.
Главный перелом произошел тогда, когда IPC пересмотрел собственный подход к допуску. Организация дала понять, что больше не намерена зависеть исключительно от решений отдельных международных федераций и готова брать на себя ответственность в спорных ситуациях. После корректировки регламентов у российских спортсменов появился давно ожидаемый шанс – не просто тренироваться «в никуда», а реально претендовать на участие в Паралимпиаде‑2026.
Отправной точкой стало решение генеральной ассамблеи Международного паралимпийского комитета от 27 сентября: членство Паралимпийского комитета России было восстановлено в полном объеме. До этого с 2023 года ПКР находился в режиме частичного отстранения — формально не исключен, но и не допущен к полноценному участию в паралимпийском движении. Полное возвращение в ряды членов IPC означало, что российская сторона снова получает право участвовать в управленческих процессах и претендовать на квоты.
Однако уже в октябре последовало холодное душевное: IPC объявил, что на зимние Паралимпийские игры 2026 года россияне не поедут ни в одном виде спорта. Причина звучала предельно технично, но от этого не менее жестко: международные федерации не заложили для российских паралимпийцев механизмов отбора, а значит, нет стартов, нет рейтингов, нет критериев — и, соответственно, нет путёвки на Игры. Формально статусы восстановлены, фактически дорога на Паралимпиаду была закрыта.
Ситуация сдвинулась только через несколько месяцев. По словам главы Паралимпийского комитета России Павла Рожкова, за это время изменилось главное — подход к решению конфликта. Международный паралимпийский комитет продемонстрировал готовность искать обходные пути, если федерации затягивают или блокируют процесс. Это уже не пассивное наблюдение, а попытка выстроить альтернативный механизм допуска российских спортсменов.
Решающим фактором стал юридический прецедент. Россия сумела добиться победы в Спортивном арбитражном суде по делу против Международной федерации лыжного спорта и сноуборда. В декабре министр спорта РФ Михаил Дегтярев заявил, что требования российской стороны были признаны обоснованными, а федерация обязана допустить россиян до соревнований. При этом был проведен четкий водораздел: в олимпийских дисциплинах — выступление в нейтральном статусе, в паралимпийских — под национальным флагом.
FIS признала решение арбитража и опубликовала критерии допуска для российских спортсменов. С этого момента позиция, которой придерживался ранее IPC — ссылаться исключительно на решения федераций, — потеряла прежнюю основу. Если сам профильный международный орган соглашается пускать россиян и формализует условия отбора, у паралимпийского комитета уже нет аргументов, чтобы продолжать линию полного отстранения.
На этом фоне Паралимпийский комитет России приступил к практической части. По словам Павла Рожкова, до 13 февраля ПКР намерен подать заявки на так называемые двусторонние приглашения. В первую очередь речь идет о трех ключевых дисциплинах для российской команды — лыжных гонках, горнолыжном спорте и сноуборде. Именно в них у России традиционно сильны позиции и накоплен убедительный задел международных результатов.
Рожков подчеркнул, что спортивные показатели паралимпийской сборной не оставляют сомнений в её конкурентоспособности. Российские атлеты не только сохранили высокий уровень, но и продолжают стабильно доказывать это на международных стартах. На начало февраля в календаре FIS уже было запланировано участие российских горнолыжников с нарушением зрения — параллельно шло оформление виз и решение организационных вопросов, без которых участие в стартах просто невозможно.
Достижения нынешнего сезона стали наглядным подтверждением: за время изоляции сборная не растеряла свой класс. На этапе Кубка мира по паралимпийским лыжным гонкам в Германии, который прошел с 14 по 18 января, россияне завоевали три золотые, три серебряные и две бронзовые медали. Практически на тех же датах, с 11 по 17 января, на этапе Кубка мира по горнолыжному спорту в Австрии российские паралимпийцы добавили одну золотую, четыре серебряные и одну бронзовую награды. Для IPC и международных федераций это стали не просто цифры в протоколе — а прямое доказательство того, что исключать таких лидеров из мировой паралимпийской системы все сложнее.
Тем не менее внутри команды по-прежнему немало неопределенности. Старший тренер сборной России по лыжным гонкам и биатлону Ирина Громова признается, что пока не знает, сколько именно спортсменов смогут получить допуск. Для тренерского штаба это превращает подготовку в сложную логистическую задачу: без точного понимания квот нельзя окончательно формировать состав, планировать выезды, рассчитывать размещение и восстановление.
Громова рассказывает о целой цепочке нерешенных вопросов: до сих пор нет виз, крайне сложно найти места в гостиницах в Италии и Швейцарии, где проходят ключевые старты и подготовительные сборы. Если бы ясность по допуску появилась раньше, команда могла бы выстроить исчерпывающий план подготовки, оптимально распределить нагрузку и ресурсы. Сейчас же тренеры и спортсмены находятся в состоянии постоянной корректировки планов — от расписания сборов до выбора инвентаря.
Не менее острой остается и финансовая тема. По словам Громовой, последние три учебно-тренировочных сбора спортсмены частично оплачивали за свой счет. Это накладывает дополнительное психологическое давление: когда еще не ясно, позволят ли выступить на главном старте четырехлетия, а деньги уже потрачены, мотивацию приходится поддерживать не только за счет спортивных целей, но и за счет внутренней стойкости. Ситуацию усугубляют и технические нюансы — например, проблема с бесфторовой мазью, которая стала крайне дефицитной и дорогой. Российским специалистам пришлось закупать её за границей, в частности в Германии, и это заметно ударило по бюджету.
Однако даже при всех трудностях в штабе подчеркивают: команда все равно будет выходить на старт в тех условиях, которые есть. Для многих спортсменов Игры‑2026 могут стать, по сути, единственной реальной возможностью выступить на крупнейшем турнире после длительного перерыва. А это значит, что никто не собирается отказываться от борьбы только из‑за неидеальной логистики или недостатка экипировки.
Отдельного внимания заслуживает и символический аспект допуска. Решение CAS по линии FIS зафиксировало принципиально важную деталь: в паралимпийских дисциплинах россияне имеют право выступать под национальным флагом. Это не просто формальность — для паралимпийского движения, где патриотический и эмоциональный компонент всегда особенно сильный, возможность выйти на старт под своим флагом и под свой гимн имеет колоссальное значение для спортсменов, тренеров и болельщиков. Возвращение национальной символики воспринимается как признание того, что коллективные усилия — юридические, дипломатические и спортивные — не были напрасными.
С практической точки зрения пересмотр подхода IPC может создать новый шаблон и для других видов спорта. Если в лыжах и сноуборде сработала связка «решение CAS + готовность федерации следовать вердикту + корректировка регламентов IPC», то подобный алгоритм потенциально может быть применен и в отношении других дисциплин. Это открывает российскому паралимпийскому движению дополнительные возможности для расширения присутствия на Играх‑2026 за пределами уже обозначенных видов.
Важно и то, что сам прецедент показывает: юридические инструменты в спорте перестали быть чистой формальностью и реально влияют на состав участников крупнейших турниров. Победа в Спортивном арбитражном суде стала не просто «очком» в правовом споре, а отправной точкой изменения всей архитектуры допуска. В дальнейшем это может привести к более детальной проработке регламентов, чтобы снизить риск произвольных решений и добиться понятных прозрачных правил для всех сторон.
На горизонте остаётся ряд вопросов, которые будут решаться уже ближе к марту 2026 года. Не определены окончательные квоты по видам спорта, не сформированы финальные списки участников, не до конца понятны условия пребывания и логистика на местах. Тем не менее главное, по сути, уже произошло: оказавшаяся было в тупике ситуация снова стала развивающейся. Формально и фактически для российских паралимпийцев открыт путь к участию в Играх в Италии.
Зимние Паралимпийские игры‑2026 пройдут с 6 по 15 марта. Еще несколько месяцев назад участие сборной России выглядело почти утопией — сочетание жесткой позиции федераций и осторожного подхода IPC давало мало поводов для оптимизма. Сейчас картина иная: правила скорректированы, прецедент в арбитраже создан, спортивные результаты подтверждены медалями на Кубках мира. Итоговые составы команд еще впереди, но ключевое решение уже принято: Россия получила шанс вернуться на главную паралимпийскую арену планеты в полноценном статусе — с флагом, гимном и правом бороться за медали.